Меня зовут Яков. Я родился в 1990 году. Мой первый язык был языком жестов. Мои родители не слышали. С трёх лет я учился понимать человека без слов - по лицу, по взгляду, по тому, как он дышит. Это дало мне способность чувствовать других на расстоянии. Но это же сделало меня гиперчувствительным. Я слышал то, что люди не говорили вслух. Их страх, их ложь, их боль. И я не умел от этого закрываться.
Потом в нашу жизнь пришёл говорящий отчим. Он не бил меня ремнём, правда пытался один раз, задушить. Он делал хуже. Он не называл меня по имени. Только «говно», «свинья», «мразь». Каждый день. По многу раз. Когда я жаловался маме, он говорил: «Я воспитываю мужика». Мама молчала. Я верил, что со мной что-то не так. Что я действительно заслужил эти слова. Что я плохой, слабый, ничтожный. Это называется эмоциональным насилием. Тогда я не знал этого слова. Я знал только одно: дома безопасно только тогда, когда тебя не замечают.
В школе меня били каждый день. Они ждали после уроков. Пинали. Унижали. Смеялись. Я плакал. Очень много плакал. Дома за слёзы тоже ругали. «Ты не мужик. Сам виноват. Возьми кирпич и разбей кому-нибудь голову». Я не мог. Я боялся. Я терпел. И каждый день я засыпал с мыслью, что завтра всё повторится. И просыпался с той же. Спасался только в сельской церкви, куда сбегал от этого кошмара. 
После школы уехал из дома, поступил на психолога. Через пару лет после ВУЗа я стал священником. Я искал Бога. Искал смысл. Искал себя. Думал, если я буду служить, верить, помогать другим - тогда меня наконец примут. Тогда я стану хорошим. Достаточно хорошим. Я служил. Верил. Жил этим. И мне казалось, что я нашёл опору.
А потом умер близкий человек. Молитвы не работали. Тишина была оглушающей. Бог молчал. Моя вера рухнула. Я понял, что больше не могу оставаться в том, во что перестал верить. Я ушёл из церкви. И тогда я потерял всё: не только веру, но и себя. Без сана, без молитвы, без миссии.
Опора исчезла.
Дважды я пытался уйти из жизни. Дважды остался. Тогда я впервые подумал: может, дело не в Боге? Может, дело во мне?
Терапия с психологом и работа с психиатром, прием антидепрессантов. Мир не стал розовым, но перестал быть чёрным. Я нашёл гештальт. И впервые кто-то сказал мне: «Ты не сломан. Ты выживал. И то, что ты делал, было лучшим способом выжить в тех условиях. Теперь можно научиться жить, а не выживать». Я плакал на тех сессиях. Много. Как в детстве. Но теперь меня не ругали.
Сегодня я гештальт-терапевт. Живу в Испании. Работаю онлайн. Я знаю, что такое ад. Я знаю, что такое потерять опору. Я знаю, как это - ненавидеть себя и не понимать, зачем просыпаться. И я знаю, как из этого выйти.
Не быстро. Не волшебно.
Но реально.

Профессиональный фундамент

Российский государственный
гуманитарный университет
психолог, преподаватель психологии
Одесская духовная семинария
теолог / православный богослов
Медицинская академия им. Боткина
клинический/медицинский психолог
Международный институт гештальта
(аккредитованный EAGT, Черногория)
гештальт-терапевт 2-я ступень
специализация: терапия травмы и кризисов
Институт психологии и психотерапии MOST
терапия травмы
Член Ассоциации Профессиональных
Психологов и Психотерапевтов
(№ в реестре С169/04/24)
Более 4 лет личной терапии и супервизии